Jan 16 2013

Памяти Профессуры.

Профессора тоже люди!

Вот прилепилось к преподавателям ВУЗов уже наверное намертво кличка – преподы,
а была в своё время и остаётся в малой толике сейчас – настоящая Профессура.

Почему я пишу была, а потому что её уже, еще пока нет. И это медицинский факт.
Потому что при нынешних реалиях в ВУЗах, нет места Профессуре. Зато есть место преподам.
И начальству так удобней. И большинству студентов – тоже, чего греха таить.
Еще остались правда отдельные островки в некоторых местах, но я думаю ” поиск неэффективных” это быстро исправит…

Собственно мне удалось застать те времена и тех Людей.
Но сейчас не о качестве преподавания и прочей тягомутине.
Сегодня о том что ничто человеческое им не было чуждо:

****

Самый расцвет застойного советского периода. Мой приятель, замзав
соседней кафедры, имел обыкновение с каждой получки ”заначивать” чуток
на свои маленькие мужские слабости. Профессор, руководитель нескольких
хозрасчетных тем, плюс полковничья пенсия – выходило всегда больше 1200
рублей в месяц. Приличные деньги по тому времени! Дележ был прост –
штуку в семью, остальное себе.
Как-то он приболел…Коллега с этой – же кафедры (из категории ”вечный
доцент)” проявил инициативу – получил его зарплату и, без всякого
согласования с замзавом, отдал ее всю жене профессора…
Вечером, естественно, разборка- с супругой и дочерьми. Обошлось!
Профессор – и в семье лидер. Но не забылось!!!
Терпеливо ждал возможности поквитаться. И вот – доцент заболел!
Зам зав, получив за него зарплату, доложил из своего кармана такую –же
сумму – и отдал жене доцента. Пояснив, что передает обычную сумму
получки больного.
Долго долечивался доцент в больнице, куда сбежал добровольно. В
сложившейся в его доме атмосфере можно было спокойно только помереть…

****

«Пойдем сюда» – заведующий кафедрой ведет меня по каким-то закоулкам подвала института. Он включает более яркий свет, и я вижу несколько железок, валяющихся в беспорядке на полу. В прошлой жизни эти железки были электродвигателями или их частями, а теперь – учебные пособия. Кафедра электрических машин. Все машины мертвы. Анатомичка кафедры машин…

«Видишь вот этот двигатель? Это Сименс 1902 года выпуска. Представляешь? Ему более 100 лет! Это вообще один из первых электродвигателей! Это уникальный двигатель – такого ты нигде уже не увидишь, наверное… К нам приходили представители Сименса, хотели купить этот двигатель, для музея. И я уже готов было им его продать, они хорошую цену предлагали… но когда они пришли его забирать, оказалось, что шильдик с двигателя пропал. Ну, табличка эта, с надписью – что за двигатель, параметры его. И они отказались! Представляешь? Из-за шильдика! Кто-нибудь из студентов открутил, наверное. И все. Не купили. Не нужен… А вообще все это в металлолом надо, конечно. Мы сюда новые стенды лучше поставим, помещение-то неплохое…»
Он гасит свет, мы поднимаемся наверх. А внизу в темноте остается лежать гордый старик, которого убил легкомысленный ребенок, соблазнившись грошовой медалькой…

(с) Aloika
****

Советские застойные времена. Московский авиационный институт. Идет
предзащита докторской. Соискатель – преподаватель из какого-то
поволжского авиационного вуза.
Так как МАИ – ведущий ВУЗ, то на факультете имелся собственный
докторский Ученый Совет. Для приезжих считалось хорошим тоном пройти
предзащиту на какой-либо подходящей по профилю кафедре МАИ.
Итак, доклад закончен. После тщательного его обсуждения началось
необычное – завкафедрой, Генрих Великий, начал поднимать каждого
персонально и спрашивать:
- Есть докторская или нет?
Единогласно признали – есть!
- Тогда, ученый секретарь -зачтите характеристику с места работы!
Оп – па, приехали! Последний абзац, на полстраницы:
…Нечистоплотен в отношениях с женщинами и т. д и т. п.
Ужас, скандал! С такой характеристикой не то что к докторской – к
студентам нельзя допускать. Вспомните партком, местком и иные
псевдоидеологические органы!
Оказалось, у парня три любимые женщины. Он их всех холит и лелеет,
прекрасно к ним относится – но не женится. А каждая из этих прекрасных
дам желает стать единственной, причем супругой! Отсюда шум и гам на всю
авиационную деревню…
Генрих еще раз спрашивает-есть докторская или нет? Помявшись, решили -
есть.
- Тогда я сам дам соискателю характеристику!
Парень благополучно защитился, уехал к себе, скоро получил профессора.
Хэппи энд.
Случайно я потом видел оба варианта этой характеристики. В новом
отсутствовал последний абзац. Вместо него стояло одно слово – Жизнелюб.
Точка. И чуть ниже – Генрих Великий, подпись и на полстраницы его
научные регалии и премии..
Генрих был не только Велик, но и Мудр!

****

Рассказали коллеги. В одном очень и очень техническом ВУЗе училась
Блондинка, уж какой прихотью судьбы ее занесло к технарям история
умалчивает, но факт на лицо – предстояло Блондинке писать диплом, о чем
ей и сообщили на собрании пятикурсников. Из всего собрания она вынесла
одну нехитрую, но правильную мысль: нужен научный руководитель. И взяла
она быка за рога, т. е. сразу после собрания подлетела к молодому
доценту и обрадовала его перспективой совместного написания диплома.
Доцент крякнул, отвел девушку в уголок и стал ей что-то втолковывать.
Далее случайный наблюдатель мог бы узреть следующее – стоит молодой
доцент, тихо что-то говорит студентке, а та сначала бледнеет, потом
краснеет в свеклу, закрывает рот ладошкой, срывается и убегает в
неизвестном направлении. Доцент, пожав плечами, направился в
преподавательскую, где собирался скушать бутерброд, приготовленный
заботливой женой, и обсудить с завкафедрой план публикаций. Собственно
общение доцента с бутербродом было прервано местной дамой пятидесяти с
хвостиком лет, добровольно взявшей на себя роль блюстителя
нравственности. Дама влетела в преподавательскую, изрыгая гнев, за дамой
виднелась Блондинка. “Что вы себе позволяете, что вы предложили бедной
девочке?! ” – дама гудела как мощный трансформатор в центнер весом.
Доцент честно ответил – “Как обычно – провести быстрое Фурье
преобразование”. Дама хоть и была старой девой, блюстительницей и
прочая, но еще она была доктором наук и, взяв полсекунды на размышление,
она ласковым, поучающим голосом выдала – “Ну как же так, она же
маленькая, она пока этого делать не умеет”. Завкафедрой хрюкнул в чашку
чая, сдерживаясь до последнего, сделал ручкой Блондинке на выход и только
после этого загоготал – говорят, что присутствующие серьезно опасались за
сердце маститого научного работника, но ничего сделать не могли в виду
того, что сами ржали в голос.

****

Работая преподавателем в ВУЗе, поехал я в Москву на ФПК (повышение
квалификации). “Повышение” прошло, можно сказать, прекрасно. Посещениями
лекций мы себя не утруждали, на практические занятия – иногда ходили. А
вот, выпускную работу, хочешь – не хочешь, а сдавать надо. Что-то
написали, что-то можно и у коллег содрать… Самым передовым у нас был
Николай – богатырь из города Новокузнецка. Он не только выполнил работу,
но и успел ее подписать у своего руководителя – это важно, так как
руководителем у Коли был Настоящий Академик. За 2 месяца “повышения” мы
видели академика только раз, и то, мельком.
Уж очень не хотел Коля давать нам свою работу, вдруг испачкаем или еще
чего… Где потом академика найдешь. Дал, все таки… Списали мы, что надо
было. Пора возвращать. Тут и появляется гнусная мыслишка, а не подшутить
ли нам над Колей. Берем чистый титульный лист, я подписываю его, по
возможности, аналогичным подчерком и… выливаем на лист пол банки туши.
Картина – неповторимая. Если бы мы предугадали, какая у “автора
сочинения” будет реакция, честное слово, не шутили бы так. Коля сначала
покраснел, потом побледнел, затем стал медленно перемещаться в мою
сторону (повторяю, богатырь из Новокузнецка). Следует отметить, что
стоял я у открытого окна, да еще, на седьмом этаже общежития.
Почувствовав, что дело “запахло жареным”, мы “кинулись тушить пожар”.
Удалось…, но с трудом. А Коля, бедный, закурил. Пять лет, как бросил.
Меня до сих пор совесть мучает…

****

Давно хотел рассказать, только вчера этого человека встретил, напомнилось.
А человек этот – наш преподаватель по праву. Уникум, заставивший всех гордится званием гражданина. Но по-порядочку. Уважаемый Л. в свое время служил в КГБ (непроверенные данные), а затем в прокуратуре (проверенные). В 90-е ушел из органов и стал преподавать у нас.
Зная его принципиальность, на пары к нему ходили все, даже самые отмороженные. На втором занятии он объявил: “Уважаемые, кто-то из вашей группы на первом занятии написал на парте [Всех можно купить]. Так вот, слушай сюда, тварь – попробуй меня купить.” Затем провел вторую и последнюю перекличку в семестре – он всех запомнил (50 человек!!!) В конце семестра Л. выдал: “Я вычислил кто это написал, это Вы,-” и указал пальцем на местного “мажорчика”. Надо сказать он угадал, ибо написанное было лозунгом типочка. Дальше настал экзамен. Мажорчик на него не явился, однако в коридоре перед кабинетом Л., где мы все были выстроены в очереди, появился полковник милиции. По физиономии все догадались, чей он папа и зачем пришел.)) Нагло растолкав нас, зашел к Л. … Небыло его около 20 секунд.. он появился весь пунцовый и начал в коридоре ЗАПРАВЛЯТЬСЯ и ЗАСТЕГИВАТЬ ПУГОВИЦЫ!!! Затем снова зашел. Примерно 5 минут мы слышали ровный, спокойный и уверенный голос Л. Затем открылась дверь, и от туда СТРОЕВЫМ ШАГОМ, вытягивая носок и поднося руки чуть не к подбородку вышел полковник милиции. Затем высунулся Л. Проследил, как МАРШИРУЮЩИЙ полкан скрывается за поворотом коридора, и также спокойно: “следующий”. Кто-то сзади робко спросил: “А что Вы ему сказали?”. Л. на удивление ответил нам: “Я ему вкратце объяснил то, что рассказывал Вам всем целый семестр – что жить надо так, чтоб ты мог спокойно и уверенно смотреть в глаза не только ЛЮБОМУ человеку, но и Богу с дьяволом”.
Мажорчик все выучил в итоге и сдал самостоятельно. Здорово, что ТАКИЕ люди еще существуют на земле!!!

****
(с) тыц

Comments Off

Comments are closed at this time.